Notice: Use of undefined constant REQUEST_URI - assumed 'REQUEST_URI' in /var/www/www-root/data/www/adm-ostashkov.ru/index.php on line 11

Notice: Use of undefined constant REQUEST_URI - assumed 'REQUEST_URI' in /var/www/www-root/data/www/adm-ostashkov.ru/index.php on line 11

Notice: Use of undefined constant REQUEST_URI - assumed 'REQUEST_URI' in /var/www/www-root/data/www/adm-ostashkov.ru/index.php on line 11

Notice: Use of undefined constant REQUEST_URI - assumed 'REQUEST_URI' in /var/www/www-root/data/www/adm-ostashkov.ru/index.php on line 11

Warning: file_get_contents(/var/www/www-root/data/www/yandex_adm-ostashkov.ru1.txt): failed to open stream: No such file or directory in /var/www/www-root/data/www/adm-ostashkov.ru/index.php on line 21

Warning: file_get_contents(/var/www/www-root/data/www/yandex_adm-ostashkov.ru2.txt): failed to open stream: No such file or directory in /var/www/www-root/data/www/adm-ostashkov.ru/index.php on line 22

Warning: file_get_contents(/var/www/www-root/data/www/yandex_adm-ostashkov.ru3.txt): failed to open stream: No such file or directory in /var/www/www-root/data/www/adm-ostashkov.ru/index.php on line 23

Warning: file_get_contents(/var/www/www-root/data/www/yandex_adm-ostashkov.ru4.txt): failed to open stream: No such file or directory in /var/www/www-root/data/www/adm-ostashkov.ru/index.php on line 24

Notice: Undefined variable: adsense7 in /var/www/www-root/data/www/adm-ostashkov.ru/index.php on line 35
Или крест или хлеб. Постное письмо № 21. Хлеб или Крест

Постное письмо № 21. Хлеб или Крест. Или крест или хлеб


Постное письмо № 21. Хлеб или Крест

«Мир стал комфортным. Мы ищем удобства и безопасности и легко позволяем себе предавать не только убеждения, но и друзей, детей, любимых. Всё можно извинить, каждого можно понять, простить и оправдать. И тонем мы в своем лукавом многословии». Архимандрит Савва (Мажуко) в очередном письме читателям «Правмира» рассказывает о выборе христианина.

Архимандрит Савва (Мажуко)

Старушка Лаврентьевна была главным наставником моей церковной юности. Она первой приходила в церковь и последней шла домой. Все труды были на ней. Стирать, гладить, мыть, смотреть за свечами – работа незаметная и малопочетная, но для нее это было самым высоким служением, потому что она трудилась в церкви, а что может быть выше этого? Этим благородным и благодарным сознанием высокого служения всегда светилось ее лицо. Так я впервые увидел, как может сочетаться в одном лице чувство собственного достоинства с глубоким и подлинным смирением.

Нашей «штаб-квартирой» была колокольня. Там мы пили чай с хлебом и панихидным сахаром. Там хранилось главное сокровище – книги и тетрадочки. С книгами тогда было очень плохо, поэтому народ Божий усердно переписывал от руки акафисты, жития и даже целые романы. Поэтому на колокольню я ходил, как в библиотеку. Ради этих тихих минут чтения порой прогуливал школу, о чем не жалею и сейчас.

Лаврентьевна очень любила рассказывать про старцев и монахинь, которые прошли через тюрьмы и лагеря. Она лично знала немало таких людей. Кто-то останавливался у нас в городе по дороге из ссылки, с кем-то она имела счастье беседовать. Рассказы о мучениках зажигали в ее глазах какой-то новый живой огонек, лицо становилось таким молодым и вдохновленным, что даже не верилось, что это говорит маленькая сухонькая старушка. Этот же зоркий огонь горел в ее глазах, когда она описывала последние времена, которые, она верила, вот-вот наступят:

– Будет такое время, вот положат тебе хлеб и крест и скажут: выбирай! И многие отойдут от веры и возьмут хлеб, за кусок хлеба Христа продадут.

И я слушал и думал, что ни за что в жизни не выбрал бы хлеб – это ведь так просто и понятно. А потом меня пригласили помогать в алтарь, и когда я с жаром рассказал о последних временах одному молодому батюшке, он тут же меня срезал:

– Ну, конечно, я бы взял хлеб. Семью-то как кормить? Тут даже и думать нечего.

Мне рассказывали, что некоторые наши батюшки едят в пост скоромное, потому что «прошлогоднее сало – постное», но услышать от священника такое я был не готов. А как же мученики? А как же Божии старчики, которых и били, и морили голодом?

– Это ты такой романтичный, потому что никто никогда тебя по-настоящему не бил. Читать о мучениках легко и приятно, а вот как ты заговоришь, когда тебя самого пытать начнут?

Это был сильный аргумент. Но для меня он не был достаточным. Мученики были, есть и будут. На крови мучеников стоит Церковь. Мы сверяем свою жизнь не только с историями мучеников, но даже и с их святыми образами. Никак нам не прожить без их святой памяти, поэтому, несмотря на Великий пост, Церковь всегда торжественно празднует память сорока мучеников Севастийских. Сорок молодых воинов были замучены в почти легендарном четвертом веке. С тех пор погибло за свои убеждения огромное число людей, но этих сорок церковная память выделяет особо.

Страдание святых 40 мучеников Севастийских

Воины-христиане отказались участвовать в языческих жертвоприношениях. Сначала их уговаривали, потом соблазняли и, в конце концов, загнали в замерзшее озеро. Фашисты были всегда. Их предки из четвертого века поставили на берегу озера баню, готовую принять «остудивших» свое рвение солдат. Но из ледяного озера никто не выходил. Страдальцы поддерживали друг друга, и это так трогательно изображено на иконе: вот юноша совсем ослабел, но крепится, склонившись на плечо брата. Один все-таки поддался искушению и, обезумев от холода, бросился в теплую баню. Взошел на берег, кинулся к избушке и тут же умер на месте. Солдат из охраны, наблюдавший это зверство с берега, снял с себя одежду и добровольно вошел в озеро к мужественным воинам.

Память сорока мучеников прославляли еще в глубокой церковной древности. Есть знаменитая проповедь Василия Великого, есть подробные жития, где по законам жанра сообщаются витиеватые монологи страдальцев. Однако почему-то их подвиг мне всегда представлялся окутанным благородным безмолвием.

Мучители много говорят, тираны терзают своих жертв не только тюрьмами, но и речами. Настоящий подвижник – делатель, а потому не многословен. Он позволяет поступку говорить за него.

Через полторы тысячи лет после подвига сорока мучеников в другой стране другие мучители пытали ледяной водой других солдат. В 1945 году в концлагере Маутхаузен фашисты почти сутки обливали холодной водой на февральском морозе четыреста офицеров Красной армии. Среди них был мой герой и тезка – генерал Дмитрий Михайлович Карбышев. Это был не просто офицер советской армии, но выдающийся ученый-фортификатор. Он попал в плен к фашистам в августе 1941 года и четыре года провел в лагерях. Враги пытались склонить его на свою сторону уговорами, посулами и угрозами. Видя, что Дмитрий Михайлович не идет на сотрудничество, ему предложили работу ученого – тихий кабинет, библиотеку, научные семинары – никакой войны, никаких сражений, а значит, и Родину он будто бы и не предает. В ответ фашисты услышали:

– Мои убеждения не выпадают вместе с зубами от недостатка витаминов в лагерном рационе. Я солдат и остаюсь верен своему долгу. А он запрещает мне работать на ту страну, которая находится в состоянии войны с моей Родиной.

После этих слов Карбышева зверски пытали, а потом убили в числе других советских героев.

Дмитрий Карбышев

– Можно ли в одном тексте поминать христианских мучеников и советского героя? Не кощунство ли это? Не вводят ли читателя в соблазн такие сравнения? Ведь Карбышев страдал не за Христа, а за Родину. Это две разные истории из двух разных миров.

А мне так не кажется. В обоих случаях герои сознательно шли на смерть за свои убеждения. Если для современных христиан сорок мучеников стали легендой, то хотя бы подвиг современника напомнит нам, что человек по-настоящему жив только тогда, когда ему есть за что умереть.

Мир стал комфортным. Мы ищем удобства и безопасности и легко позволяем себе предавать не только убеждения, но и друзей, детей, любимых. Всё можно извинить, каждого можно понять, простить и оправдать.

И тонем мы в своем лукавом многословии.

«Мои убеждения не выпадают вместе с зубами». Эти слова стоят у меня в ушах. Скромный человек, который раз и навсегда сделал свой выбор и просто не позволял себе даже рассматривать какие-то иные версии. Советский офицер, верный своей Родине даже до смерти. Почему же нам, христианам, не взять у него урок верности, ведь так у нас плохо сейчас с этой верностью! Наши убеждения рассыпаются даже раньше зубов.

Священники с легкостью снимают с себя сан, христиане перебегают в ряды агностиков, а потом и циников-атеистов, а модные философы-эрудиты на страницах с бесконечными ссылками и примечаниями доказывают, что истины нет, это всего лишь полезная фикция или устаревшее философское понятие, которому нет места в инструментарии современной мысли. Есть «практики себя», их бесконечное множество, ни одна из них не может претендовать на истину, элементы складываются в причудливый узор и снова рассыпаются. Нет святых, нет и грешников. Всё – игра и скука. Нет Родины, нет веры, нет Бога, нет доброты. А значит, невозможно кощунство и предательство. Если не за что умереть, то и убить не за что. Не за что и жить. Чего вы так суетитесь? Зачем вы так агрессивны? Будьте терпимее – перестаньте быть собой.

А на берегу – теплая баня. Светится огнями. Что же плохого в теплой бане? Разве я не человек, разве не имею право на простое человеческое счастье?

Только нет там жизни. И тепло фальшивое. И свет больной. А вместо счастья – пустота и безымянность.

 

www.pravmir.ru

Постное письмо № 21. Хлеб или Крест

«Мир стал комфортным. Мы ищем удобства и безопасности и легко позволяем себе предавать не только убеждения, но и друзей, детей, любимых. Всё можно извинить, каждого можно понять, простить и оправдать. И тонем мы в своем лукавом многословии». Архимандрит Савва (Мажуко) в очередном письме читателям «Правмира» рассказывает о выборе христианина.

Mohammed Abed/AFP

 

Старушка Лаврентьевна была главным наставником моей церковной юности. Она первой приходила в церковь и последней шла домой. Все труды были на ней. Стирать, гладить, мыть, смотреть за свечами – работа незаметная и малопочетная, но для нее это было самым высоким служением, потому что она трудилась в церкви, а что может быть выше этого? Этим благородным и благодарным сознанием высокого служения всегда светилось ее лицо. Так я впервые увидел, как может сочетаться в одном лице чувство собственного достоинства с глубоким и подлинным смирением.

Нашей «штаб-квартирой» была колокольня. Там мы пили чай с хлебом и панихидным сахаром. Там хранилось главное сокровище – книги и тетрадочки. С книгами тогда было очень плохо, поэтому народ Божий усердно переписывал от руки акафисты, жития и даже целые романы. Поэтому на колокольню я ходил, как в библиотеку. Ради этих тихих минут чтения порой прогуливал школу, о чем не жалею и сейчас.

Лаврентьевна очень любила рассказывать про старцев и монахинь, которые прошли через тюрьмы и лагеря. Она лично знала немало таких людей. Кто-то останавливался у нас в городе по дороге из ссылки, с кем-то она имела счастье беседовать. Рассказы о мучениках зажигали в ее глазах какой-то новый живой огонек, лицо становилось таким молодым и вдохновленным, что даже не верилось, что это говорит маленькая сухонькая старушка. Этот же зоркий огонь горел в ее глазах, когда она описывала последние времена, которые, она верила, вот-вот наступят:

– Будет такое время, вот положат тебе хлеб и крест и скажут: выбирай! И многие отойдут от веры и возьмут хлеб, за кусок хлеба Христа продадут.

И я слушал и думал, что ни за что в жизни не выбрал бы хлеб – это ведь так просто и понятно. А потом меня пригласили помогать в алтарь, и когда я с жаром рассказал о последних временах одному молодому батюшке, он тут же меня срезал:

– Ну, конечно, я бы взял хлеб. Семью-то как кормить? Тут даже и думать нечего.

Мне рассказывали, что некоторые наши батюшки едят в пост скоромное, потому что «прошлогоднее сало – постное», но услышать от священника такое я был не готов. А как же мученики? А как же Божии старчики, которых и били, и морили голодом?

– Это ты такой романтичный, потому что никто никогда тебя по-настоящему не бил. Читать о мучениках легко и приятно, а вот как ты заговоришь, когда тебя самого пытать начнут?

Это был сильный аргумент. Но для меня он не был достаточным. Мученики были, есть и будут. На крови мучеников стоит Церковь. Мы сверяем свою жизнь не только с историями мучеников, но даже и с их святыми образами. Никак нам не прожить без их святой памяти, поэтому, несмотря на Великий пост, Церковь всегда торжественно празднует память сорока мучеников Севастийских. Сорок молодых воинов были замучены в почти легендарном четвертом веке. С тех пор погибло за свои убеждения огромное число людей, но этих сорок церковная память выделяет особо.

Страдание святых 40 мучеников Севастийских

Воины-христиане отказались участвовать в языческих жертвоприношениях. Сначала их уговаривали, потом соблазняли и, в конце концов, загнали в замерзшее озеро. Фашисты были всегда. Их предки из четвертого века поставили на берегу озера баню, готовую принять «остудивших» свое рвение солдат. Но из ледяного озера никто не выходил. Страдальцы поддерживали друг друга, и это так трогательно изображено на иконе: вот юноша совсем ослабел, но крепится, склонившись на плечо брата. Один все-таки поддался искушению и, обезумев от холода, бросился в теплую баню. Взошел на берег, кинулся к избушке и тут же умер на месте. Солдат из охраны, наблюдавший это зверство с берега, снял с себя одежду и добровольно вошел в озеро к мужественным воинам.

Память сорока мучеников прославляли еще в глубокой церковной древности. Есть знаменитая проповедь Василия Великого, есть подробные жития, где по законам жанра сообщаются витиеватые монологи страдальцев. Однако почему-то их подвиг мне всегда представлялся окутанным благородным безмолвием.

Мучители много говорят, тираны терзают своих жертв не только тюрьмами, но и речами. Настоящий подвижник – делатель, а потому не многословен. Он позволяет поступку говорить за него.

Через полторы тысячи лет после подвига сорока мучеников в другой стране другие мучители пытали ледяной водой других солдат. В 1945 году в концлагере Маутхаузен фашисты почти сутки обливали холодной водой на февральском морозе четыреста офицеров Красной армии. Среди них был мой герой и тезка – генерал Дмитрий Михайлович Карбышев. Это был не просто офицер советской армии, но выдающийся ученый-фортификатор. Он попал в плен к фашистам в августе 1941 года и четыре года провел в лагерях. Враги пытались склонить его на свою сторону уговорами, посулами и угрозами. Видя, что Дмитрий Михайлович не идет на сотрудничество, ему предложили работу ученого – тихий кабинет, библиотеку, научные семинары – никакой войны, никаких сражений, а значит, и Родину он будто бы и не предает. В ответ фашисты услышали:

– Мои убеждения не выпадают вместе с зубами от недостатка витаминов в лагерном рационе. Я солдат и остаюсь верен своему долгу. А он запрещает мне работать на ту страну, которая находится в состоянии войны с моей Родиной.

После этих слов Карбышева зверски пытали, а потом убили в числе других советских героев.

Дмитрий Карбышев

– Можно ли в одном тексте поминать христианских мучеников и советского героя? Не кощунство ли это? Не вводят ли читателя в соблазн такие сравнения? Ведь Карбышев страдал не за Христа, а за Родину. Это две разные истории из двух разных миров.

А мне так не кажется. В обоих случаях герои сознательно шли на смерть за свои убеждения. Если для современных христиан сорок мучеников стали легендой, то хотя бы подвиг современника напомнит нам, что человек по-настоящему жив только тогда, когда ему есть за что умереть.

Мир стал комфортным. Мы ищем удобства и безопасности и легко позволяем себе предавать не только убеждения, но и друзей, детей, любимых. Всё можно извинить, каждого можно понять, простить и оправдать.

И тонем мы в своем лукавом многословии.

«Мои убеждения не выпадают вместе с зубами». Эти слова стоят у меня в ушах. Скромный человек, который раз и навсегда сделал свой выбор и просто не позволял себе даже рассматривать какие-то иные версии. Советский офицер, верный своей Родине даже до смерти. Почему же нам, христианам, не взять у него урок верности, ведь так у нас плохо сейчас с этой верностью! Наши убеждения рассыпаются даже раньше зубов.

Священники с легкостью снимают с себя сан, христиане перебегают в ряды агностиков, а потом и циников-атеистов, а модные философы-эрудиты на страницах с бесконечными ссылками и примечаниями доказывают, что истины нет, это всего лишь полезная фикция или устаревшее философское понятие, которому нет места в инструментарии современной мысли. Есть «практики себя», их бесконечное множество, ни одна из них не может претендовать на истину, элементы складываются в причудливый узор и снова рассыпаются. Нет святых, нет и грешников. Всё – игра и скука. Нет Родины, нет веры, нет Бога, нет доброты. А значит, невозможно кощунство и предательство. Если не за что умереть, то и убить не за что. Не за что и жить. Чего вы так суетитесь? Зачем вы так агрессивны? Будьте терпимее – перестаньте быть собой.

А на берегу – теплая баня. Светится огнями. Что же плохого в теплой бане? Разве я не человек, разве не имею право на простое человеческое счастье?

Только нет там жизни. И тепло фальшивое. И свет больной. А вместо счастья – пустота и безымянность.

Архимандрит Савва (Мажуко)

pravlife.org

Россия — крест или хлеб?

В арсенале противников России и Православия с недавних пор появилось новое оружие — утверждение, что Россия не такая богатая, как Запад, потому что православная.  

Дескать, взгляните — все богатые страны либо католические, либо протестантские (США, Австралия, Германия, Швеция, Франция, Италия, Бельгия). Самые бедные в Европе — страны православные (Болгария, Румыния, Греция). Многих православных обескураживает такая постановка вопроса. Они теряются и не знают, что ответить. Хотя ответить есть что. 

Для начала честно признаем способности западного мышления к формированию вокруг себя рациональной действительности. Немецкий социолог Макс Вебер видел прямое родство между протестантским мышлением и капитализмом. Запад, действительно, достиг выдающихся успехов в экономике. 

Но их достигли не только западные страны. Почему-то забывают, что самой богатой страной являются вовсе не США, а мусульманские Объединённые Арабские Эмираты. Вся беднота там — иностранные рабочие. Граждане ОАЭ живут богаче американцев и немцев. Они получают от государства жильё и прочие блага бесплатно. Им даже кредиты списывали несколько раз. В США или Австралии о таком нельзя и мечтать. 

Кроме ОАЭ, неплохо живут в Израиле, Брунее, Катаре, Сингапуре, Японии и Южной Корее. Хорошо начинают жить в Китае. Архитектурный облик крупных китайских городов уже не отличить от облика американских — современные небоскребы, и прочее. Так что с экономикой все в порядке не только у протестантов и католиков. 

Идём дальше… Православным странам чужд колониализм западного, протестантско-католического толка. Мир стал западноцентричным только 500 лет назад, после открытия Колумбом Америки в 1492 г. Европа получила возможность убивать индейцев, обращать в рабство африканцев и торговать специями, которые были для той эпохи то же, что нефть для сегодняшней.  

Современные американские исследователи истории рабства в США однозначно утверждают: своим первым экономическим рывком США обязаны чернокожим рабам («Teaching hard history. American slavery»).  

Сколько аборигенов Америки, Африки, Австралии, Новой Зеландии было убито носителями протестантско-католического сознания, никто уже не сосчитает. Счёт идёт на миллионы. Устоявшее выражение «английский чай» откуда пошло? Вообще, откуда на Туманном Альбионе чай? Ясное дело, что из колоний. 

Что такое была Европа без колоний? Обычный регион, далеко не передовой в экономическом отношении. Грабеж колоний вывел Европу на первое место по финансовым показателям. Протестантско-католическое сознание сумело выстроить прибыльную схему извлечения доходов из африканцев, индейцев, китайцев и др. «От обширности торговли твоей внутреннее твоё исполнилось неправды», - так в Ветхом Завете пишется о богатствах Вавилона. Нынешний Запад — это тогдашний Вавилон. 

Западные страны делали капитал на торговле рабами, наркотиками (опиумные войны с Китаем), навязывали покорённым странам на всех континентах невыгодные условия торговли. Никто столько не уничтожил людей ради экономической прибыли, сколько протестантско-католические страны. 

Благополучие современной Европы и США куплены кровью югославов, иракцев, сомалийцев, афганцев, ливийцев, сирийцев, украинцев. Где-то Запад развязал войну, чтобы получить доступ к чужим недрам; где-то, чтобы поставить у власти покорное правительство, готовое отдать все экономические активы в руки Запада; где-то, чтобы заранее создать плацдарм для дальнейшего наращивания военного кулака, дабы помешать потенциальным конкурентам. 

Идём дальше… Запад богат только последние 300-400 лет. В древние времена он был нищ. Всё богатство сосредотачивалось на Востоке — библейские Вавилон, Финикия, Карфаген были цветущими городами и государствами, богатейшими по меркам своего времени. О Западе тогда и слышно ничего не было. Разве что Римская империя понемногу начинала выходить на подмостки истории. 

Легендарная царица Савская прибыла к царю Соломону из царства Саба — страны несметных по тем временам богатств. С собой в дар Соломону она привезла навьюченных золотом и благовониями верблюдов, драгоценные каменья. На Западе о таких богатствах тогда даже не мечтали. Царство Саба находилось на территории Йемена, теперь уже нищей страны.  

Православная Византия была в свою эпоху одним из наиболее обеспеченных государств, богаче многих европейских. Нынешняя православная Греция тоже была достаточно богатой, пока не грянул кризис, спровоцированный Западом. Немецкие газеты прямо указывают, что Германия, оказывая помощь Греции, наживается на этом, получая миллиардные прибыли. Ох уж это протестантское сознание! Помощь от МВФ — это тоже обман.  

Не очень цветущее экономическое положение православных стран вызвано текущей геополитической ситуацией, когда протестантско-католическая цивилизация нанесла православной мощный удар. Этот удар подкосил православную ойкумену, но это всего лишь один из этапов истории. 

Нам, живущим ныне, с нашей короткой человеческой жизнью, кажется, что так было и будет всегда. Нет, так всегда не было и не будет. Экономический достаток — это не прерогатива только Запада. В разные эпохи человеческой истории такой достаток был уделом разных государств, в том числе не западных. Процветание и Запад сошлись вместе только в нашей эпохе, которая закончится так же, как и прежние эпохи. И в будущих эпохах процветание Западу вовсе не гарантировано. 

www.segodnia.ru

Крест или хлеб?.. Кто-то в меня тогда всматривался… -

 

Проверки на дорогах

 

Хорошая проверочка... Есть такой анекдот:Перед началом службы в храм врывается человек с автоматом: – Кто здесь верующий?Народ быстро начинает покидать храм. Остаются только двое-трое.– Верующие?– Верующие!Человек откладывает автомат в сторону и говорит:– Ну вот, остались одни верующие, можно начинать службу...Иерей Александр Дьяченко: – Хороший анекдот...

 

 

Незадолго до Нового Года моему хорошему товарищу пришла печальная весть. В одном из маленьких городков соседней области был убит его друг. Как он узнал, так сразу же и помчался туда. Оказалось, "ничего личного".

Большой сильный человек, лет пятидесяти, поздно вечером, возвращаясь, по дороге домой, увидел, как четверо молодых парней пытались изнасиловать девчонку. Он был воин, настоящий воин, прошедший многие "горячие точки". Заступился не задумываясь, с ходу бросился в бой. Отбил девушку, но кто-то изловчился и ударил его ножом в спину. Удар оказался смертельным. Девушка решила, что теперь убьют и её, но не стали. Сказали:– Живи пока. Хватит и одного за ночь, – и ушли.

 Когда мой товарищ вернулся, я, как мог, попытался выразить ему свое соболезнование, но он ответил:

– Ты меня не утешай. Такая смерть для моего друга – это награда. О лучшей кончине для него трудно было бы и мечтать. Я его хорошо знал, мы вместе воевали. На его руках много крови, может и не всегда оправданной. После войны он жил не очень хорошо. Сам понимаешь, какое было время. Долго мне пришлось его убеждать креститься, и он, слава Богу, не так давно принял Крещение. Господь забрал его самой славной для воина смертью – на поле боя, защищая слабого. Прекрасная христианская кончина...

 Слушал я моего товарища и вспоминал случай, который произошел непосредственно со мной, когда моей дочурке было всего немногим больше года. Тогда шла война в Афгане. Незадолго до того я вернулся из армии. В армию попал уже по окончании института. Моя срочная служба представляла собой учебу в военном училище ускоренного выпуска.

Уже после моего возвращения, в действующей армии в связи с потерями потребовалось произвести экстренные замены. Кадровых офицеров из частей перебросили туда, а на их места призвали сроком на два года запасников. Я оказался среди этих «счастливчиков». Таким образом, мне пришлось отдать свой долг Родине дважды.

Но поскольку воинская часть, в которой я служил, находилась не очень далеко от моего дома, то все для нас сложилось благополучно. На выходные дни я часто приезжал домой. Жена не работала, а денежное содержание офицеров тогда было хорошее. Домой мне приходилось ездить электричками. Иногда в военной форме, когда в гражданке.

 Однажды, это было осенью, я возвращался в часть. Приехал на станцию минут за тридцать до прихода электропоезда. Смеркалось, было прохладно. Большинство пассажиров сидело в помещении вокзала. Кто-то дремал, кто тихо разговаривал. Было много мужчин и молодых людей.

Вдруг, совершенно внезапно, дверь вокзала резко распахнулась и к нам забежала молоденькая девушка. Она прижалась спиной к стене возле кассы, и, протянув к нам руки, закричала:– Помогите, они хотят нас убить!

Тут же за ней вбегают, как минимум, четверо молодых людей, и с криками:– Не уйдешь! Конец тебе! – зажимают эту девчушку в угол и начинают душить.

Потом еще один парень, буквально за шиворот, заволакивает в зал ожидания еще одну такую же, и та орет душераздирающим голосом:– Помогите!

Представьте себе картину...Тогда еще обычно на вокзале дежурил милиционер, но в тот день его, как нарочно, не оказалось. Народ сидел, и, застывши, смотрел на весь этот ужас...

Среди всех, кто был в зале ожидания, только я единственный был в военной форме. Старшего лейтенанта авиации. Если бы я был тогда в гражданке, то вряд ли бы встал, но я был в форме.

Встаю и слышу, как рядом сидящая бабушка выдохнула:– Сынок! Не ходи, убьют!

Но я уже встал, и сесть назад не мог. До сих пор задаю себе вопрос:«Как это я решился? Почему»?

Случись бы это сегодня, то я наверно бы не встал. Но это я сегодня такой премудрый пескарь, а тогда? Ведь у самого был маленький ребенок. Кто бы его потом кормил? Да и что я мог сделать? Еще с одним хулиганом можно было бы подраться, но против пяти мне и минуты не простоять, они просто бы размазали меня в лепешку.

Подошел к ним и встал между ребятами и девушками. Помню, встал и стою, а что ещё я мог? И ещё помню, что больше никто из мужчин меня не поддержал.

К моему счастью, ребятки остановились и замолчали. Они ничего мне не сказали, и ни разу никто меня не ударил, только смотрели с каким-то то ли уважением, то ли удивлением.

Потом они, как по команде, повернулись ко мне спиной, и вышли из здания вокзала. Народ безмолвствовал. Незаметно испарились и девчушки. Наступила тишина, и я оказался в центре всеобщего внимания. Познав минуту славы, смутился, и тоже постарался быстренько уйти.

Хожу по перрону, и представьте моё удивление, когда вижу всю эту компанию молодых людей, но уже не дерущуюся, а идущую в обнимку!

 И до меня дошло, – они нас разыграли! Может им делать было нечего и, ожидая электричку, они так развлекались, или может поспорили, – что никто не заступится. Не знаю.

Потом ехал в часть и думал:«Но я же ведь не знал, что ребята над нами пошутили, я же по-настоящему встал».

 Тогда я ещё далек был от Веры, от Церкви. Даже еще крещен не был. Но понял, что меня испытали...

Кто-то в меня тогда всматривался. Словно спрашивал, а как ты поведешь себя в таких обстоятельствах? Мне смоделировали ситуацию, при этом совершенно оградив от всякого риска, и смотрели...

В нас ведь постоянно всматриваются... Когда я задаюсь вопросом, а почему я стал священником, то не могу найти ответа. Моё мнение, все-таки, – кандидат в священство должен быть человеком очень высокого нравственного состояния. Он должен соответствовать всем условиям и канонам, исторически предъявляемым Церковью к будущему священнику. Но если учесть, что я только в 30 лет крестился, а до этого времени жил как все, то хочешь – не хочешь, пришел к выводу, что Ему просто не из кого выбирать. Он смотрит на нас, как хозяйка, перебирающая сильно пораженную жучком крупу, в надежде все-таки что-нибудь сварить. Или как тот плотник, которому нужно прибить ещё несколько дощечек, а гвозди закончились. Тогда он берет погнутые, ржавые правит их и пробует, пойдут ли они в дело?

 Вот и я, наверное, – такой вот ржавый гвоздик... Да и многие мои собратья, кто пришел в Церковь на волне церковного подъема начала 1990-х. Мы поколение – церковные строители. Наша задача – восстановить храмы, открыть семинарии, научить то новое поколение верующих мальчиков и девочек, которое придет, если Бог даст, – нам на смену...

Мы не можем быть святыми, наш потолок – искренность в отношениях с Богом.Наш прихожанин – чаще всего человек страдающий.И, получается: мы не можем помочь ему своими молитвами, – силенок маловато.Самое большое, что мы можем, – это только разделить с ним его боль.

 

Мы полагаем начало нового состояния Церкви, вышедшей из гонений, и привыкающей жить в период "вседозволенности" и творческого созидания. Те, для кого мы работаем, должны придти на подготавливаемую нами почву, и прорасти на ней Святостью. Потому я с таким интересом, причащая младенцев, всматриваюсь в их лица:

Что ты выберешь, малыш, Крест или хлеб?

 Выбери Крест, дружок! И мы поможем тебе взрастить в себе Веру.А потом твою детскую Веру и чистое сердечко помножим на нашу искренность.И тогда, наверно, наше служение в Церкви будет оправдано...

Иерей Александр Дьяченко

 

Рассказ «Проверки на дорогах» сельского батюшки отца Александра ДьяченкоЧитайте также рассказы из книги священника Александра Дьяченко «Плачущий ангел» и другие рассказы батюшкиПрототип рассказа: жж священника Александра Дьяченко08.02.2009 - alex-the-priest.livejournal.com/7979.html 

afon-ru.com

КРЕСТ ИЛИ ХЛЕБ

О цене нательного крестика (из жизнеописания схимонахини Нилы): «…в стены обители пришли сотрудники НКВД с отрядом красноармейцев закрывать монастырь. Всех монахинь согнали вместе и предложили выбор: «Или отрекайтесь от веры, снимайте кресты, или пойдете в тюрьму». Большинство монахинь от веры не отказались и крестов не сняли. … тех, кто выдержал пытки и избиения, не предав веру, отправили на суд «тройки». Матушке Евфросинии /в схиме – Нила/ дали сначала семь лет. Когда один из членов судилища потребовал, чтобы матушка сняла крест, а она отказалась, ей добавили срок до двадцати лет». (Схимонахиня Нила /23/, Жизнеописание, с.13).

«Во время гонения на христиан с монашек снимали кресты, а они говорили: «Ты с меня никогда не снимешь крест!» - и сами в это время при гонителях осеняли себя крестным знамением, говоря:«Вот он крест – на мне, попробуй-ка, сними его с меня!». (Книга: Схиархимандрит Христофор /20/, с. 102).

«У батюшки /схиархимандрита Исаии/, это многие признавали, было ярко выраженное понимание пути спасения. Еще рассказывали из его рассуждений: «Мы, похоже, последнее поколение, которое живет при свободе на Земле. Скоро наступит критическая точка. Приход антихриста – это и есть критическая точка. И все должны точно определиться, - с Господом они или с сатаной. Уже не будет какой-то середины: я, мол, ни за кого, сам по себе. Время выбора заканчивается. Главное, чтобы у нас была молитва, тогда Господь нас обязательно спасет». (Схиархимандрит Исаия (Коровай) /27/, с.305-306).

Блаженная Матронушка: «Придет время, когда перед вами положат крест и хлеб и скажут: выбирайте. Мы выберем крест». – «Матушка, а как же тогда жить будем?» Она: «А мы помолимся, возьмем земельки, скатаем шарики, помолимся Богу, съедим и будем сыты!» (блаженная Матрона» /11/, с. 53).

Хитрость состоит в том, что с каждым таким документом (ваучер, паспорт, и т.д.) нам предлагается крест или хлеб, Христос и мир, распятие или отречение. Батюшка Христофор строго говорил: выбирайте: или хлеб, или крест. Возьмете крест, спасетесь, пойдете в жизнь вечную; если испугаетесь, что погибните без хлеба, тогда возьмете хлеб, не спасетесь. Господь не оставит своих избранных чад. На смерть, так на смерть, на страдания, так на страдания, только ничего не брать сатанинского, а Господь не оставит. (/12/ «Соль Земли» (Фильм 2), Схиархим. Христофор, 2:20, 2:24).

«Тот, кто не пойдет это /ваучер, страховые полисы, номера, новые паспорта/ получать и скажет: «Пусть распнут меня, но за Бога», тому при жизни венцы будут давать, но они будут невидимые. Но кто удостоится их, почувствует душой. Господь нас оберегает и посылает их (венцы) тем, кто твёрдо будет стоять в вере. Тогда будет два пути: крест или хлеб. Выберем крест – спасёмся, выберем хлеб – погибнем. Но своих Господь не оставит» (Книга: Схиархимандрит Христофор /20/, с. 332).

Положат перед вами крест и хлеб, что возьмете? Берите крест, а не хлеб. (/12/ «Соль Земли» (Фильм 1), протоиерей Николай Рагозин, 1:11).

Батюшка Гурий говорил духовной дочери: Вся жизнь у тебя и у других сестер во Христе будет: крест или хлеб. Есть две очереди: одна видимая, вторая невидимая. Если человек стоит в первой, то покупает (приобретает) паспорт, полис и т.д., все движется в этой видимой очереди, поднимает глаза, а продавец-то кто – антихрист, вот и пришел к антихристу. А если во второй очереди движешься: одного не взял, второго, третьего, поднимаешь глаза, а продавец-то кто – Сам Господь Иисус Христос. Ты стой все время во второй очереди. (/12/ «Соль Земли» (Фильм 5), Игумен Гурий, 2:35).

Из беседы с отцом В. в декабре 2012 года /36/:

- Что будет с этими детьми (которых родители запишут в Реестр), они тоже станут бесноватыми?

- Бесноватыми, да, и болящими.

- А что же делать тем роженицам, которые будут рожать? Что, им надо как-то на дому, прятаться или как вообще (им быть) в этой ситуации?

- Ну, как-то будут, православные все же поймут много и будут уже решать, может, на дому будут рожать, может, врача будут своего иметь, чтобы именно рожать без кода. Это будут решать православные.

- Получается, они будут без документов жить?

- Без документов.

- Но это уже получается то, что говорила матушка Матронушка и другие старцы: крест или хлеб?

- Да.

- Это уже пошло на Украине - отделение зерен от плевел, да? Каждый должен сделать выбор: с Христом или же…

- Ну, так, ну так… с бесом.

- И по каждому пройдется этот выбор?

- Да.

- Одна женщина, которая была у иеро-схимонаха Амфилохия в Белой Церкви… Вы слышали о нем?

- Я был у него два раза.

- На стояние возле Верховной Рады против ИНН - это он благословил, слава Богу. И он говорил знакомой нашей, что придет время, когда люди сами будут себя записывать или в овечки Христовы, или в козлища антихристовы.

- Да, да.

- Это время и есть уже, пришло для Украины по этому закону - кто как к нему отнесется?

- Да, да, да.

- Человек, не принявший печати антихриста в виде «уникального номера записи в Реестре», выпадет из социума, из всех возможностей?

- Он только с Богом будет.

- И правильно мы понимаем, что этот номер - это будет уже тот самый номер, который будет наноситься на руку и на чело?

- Да, да. В этих цифрах - там будут участвовать три шестерки, в этих же цифрах, хоть двенадцать цифр или пятнадцать.

- Батюшка, может, Вы еще скажете два слова?

- Надо надеяться на Господа, не унывать, надо просить Матерь Божию, Она умолит Своего Сына, и Господь может еще продлить. И кто будет стоять, кто будет также пользоваться своими мыслями, своими делами, а все равно много народа спасется. (газета «МИР», 2013, №1, с.8-9) /36/.

 

Дата добавления: 2015-08-18; просмотров: 35 | Нарушение авторских прав

Читайте в этой же книге: АНТИХРИСТ | Пища антихриста | Антихрист на троне | Кто доживет до антихриста | Голосование, перепись | Года правления антихриста | Лжечудеса антихриста | Пророки Илия и Енох | Конец антихриста | ПЕЧАТЬ АНТИХРИСТА |mybiblioteka.su - 2015-2018 год. (0.008 сек.)

mybiblioteka.su

КРЕСТ ИЛИ ХЛЕБ

О цене нательного крестика (из жизнеописания схимонахини Нилы): «…в стены обители пришли сотрудники НКВД с отрядом красноармейцев закрывать монастырь. Всех монахинь согнали вместе и предложили выбор: «Или отрекайтесь от веры, снимайте кресты, или пойдете в тюрьму». Большинство монахинь от веры не отказались и крестов не сняли. … тех, кто выдержал пытки и избиения, не предав веру, отправили на суд «тройки». Матушке Евфросинии /в схиме – Нила/ дали сначала семь лет. Когда один из членов судилища потребовал, чтобы матушка сняла крест, а она отказалась, ей добавили срок до двадцати лет». (Схимонахиня Нила /23/, Жизнеописание, с.13).

«Во время гонения на христиан с монашек снимали кресты, а они говорили: «Ты с меня никогда не снимешь крест!» - и сами в это время при гонителях осеняли себя крестным знамением, говоря:«Вот он крест – на мне, попробуй-ка, сними его с меня! ». (Книга: Схиархимандрит Христофор /20/, с. 102).

«У батюшки /схиархимандрита Исаии/, это многие признавали, было ярко выраженное понимание пути спасения. Еще рассказывали из его рассуждений: «Мы, похоже, последнее поколение, которое живет при свободе на Земле. Скоро наступит критическая точка. Приход антихриста – это и есть критическая точка. И все должны точно определиться, - с Господом они или с сатаной . Уже не будет какой-то середины: я, мол, ни за кого, сам по себе. Время выбора заканчивается. Главное, чтобы у нас была молитва, тогда Господь нас обязательно спасет». (Схиархимандрит Исаия (Коровай) /27/, с.305-306).

Блаженная Матронушка: «Придет время, когда перед вами положат крест и хлеб и скажут: выбирайте. Мы выберем крест». – «Матушка, а как же тогда жить будем?» Она: «А мы помолимся, возьмем земельки, скатаем шарики, помолимся Богу, съедим и будем сыты!» (блаженная Матрона» /11/, с. 53).

Хитрость состоит в том, что с каждым таким документом (ваучер, паспорт, и т.д.) нам предлагается крест или хлеб, Христос и мир, распятие или отречение . Батюшка Христофор строго говорил: выбирайте: или хлеб, или крест. Возьмете крест, спасетесь, пойдете в жизнь вечную; если испугаетесь, что погибните без хлеба, тогда возьмете хлеб, не спасетесь. Господь не оставит своих избранных чад. На смерть, так на смерть, на страдания, так на страдания, только ничего не брать сатанинского, а Господь не оставит. (/12/ «Соль Земли» (Фильм 2), Схиархим. Христофор, 2:20, 2:24).

«Тот, кто не пойдет это /ваучер, страховые полисы, номера, новые паспорта/ получать и скажет: «Пусть распнут меня, но за Бога», тому при жизни венцы будут давать, но они будут невидимые. Но кто удостоится их, почувствует душой. Господь нас оберегает и посылает их (венцы) тем, кто твёрдо будет стоять в вере. Тогда будет два пути: крест или хлеб. Выберем крест – спасёмся, выберем хлеб – погибнем. Но своих Господь не оставит » (Книга: Схиархимандрит Христофор /20/, с. 332).

Положат перед вами крест и хлеб, что возьмете? Берите крест, а не хлеб. (/12/ «Соль Земли» (Фильм 1), протоиерей Николай Рагозин, 1:11).

Батюшка Гурий говорил духовной дочери: Вся жизнь у тебя и у других сестер во Христе будет: крест или хлеб. Есть две очереди: одна видимая, вторая невидимая. Если человек стоит в первой, то покупает (приобретает) паспорт, полис и т.д., все движется в этой видимой очереди, поднимает глаза, а продавец-то кто – антихрист, вот и пришел к антихристу. А если во второй очереди движешься: одного не взял, второго, третьего, поднимаешь глаза, а продавец-то кто – Сам Господь Иисус Христос. Ты стой все время во второй очереди. (/12/ «Соль Земли» (Фильм 5), Игумен Гурий, 2:35).

Из беседы с отцом В. в декабре 2012 года /36/:

- Что будет с этими детьми (которых родители запишут в Реестр), они тоже станут бесноватыми?

- Бесноватыми, да, и болящими.

- А что же делать тем роженицам, которые будут рожать? Что, им надо как-то на дому, прятаться или как вообще (им быть) в этой ситуации?

- Ну, как-то будут, православные все же поймут много и будут уже решать, может, на дому будут рожать, может, врача будут своего иметь, чтобы именно рожать без кода. Это будут решать православные.

- Получается, они будут без документов жить?

- Без документов.

- Но это уже получается то, что говорила матушка Матронушка и другие старцы: крест или хлеб?

- Да.

- Это уже пошло на Украине - отделение зерен от плевел, да? Каждый должен сделать выбор: с Христом или же…

- Ну, так, ну так… с бесом.

- И по каждому пройдется этот выбор?

- Да.

- Одна женщина, которая была у иеро-схимонаха Амфилохия в Белой Церкви… Вы слышали о нем?

- Я был у него два раза.

- На стояние возле Верховной Рады против ИНН - это он благословил, слава Богу. И он говорил знакомой нашей, что придет время, когда люди сами будут себя записывать или в овечки Христовы, или в козлища антихристовы.

- Да, да.

- Это время и есть уже, пришло для Украины по этому закону - кто как к нему отнесется?

- Да, да, да.

- Человек, не принявший печати антихриста в виде «уникального номера записи в Реестре», выпадет из социума, из всех возможностей?

- Он только с Богом будет.

- И правильно мы понимаем, что этот номер - это будет уже тот самый номер, который будет наноситься на руку и на чело?

- Да, да. В этих цифрах - там будут участвовать три шестерки, в этих же цифрах, хоть двенадцать цифр или пятнадцать.

- Батюшка, может, Вы еще скажете два слова?

- Надо надеяться на Господа, не унывать, надо просить Матерь Божию, Она умолит Своего Сына, и Господь может еще продлить. И кто будет стоять, кто будет также пользоваться своими мыслями, своими делами, а все равно много народа спасется. (газета «МИР», 2013, №1, с.8-9) /36/.

studlib.info

КРЕСТ ИЛИ ХЛЕБ

О цене нательного крестика (из жизнеописания схимонахини Нилы): «…в стены обители пришли сотрудники НКВД с отрядом красноармейцев закрывать монастырь. Всех монахинь согнали вместе и предложили выбор: «Или отрекайтесь от веры, снимайте кресты, или пойдете в тюрьму». Большинство монахинь от веры не отказались и крестов не сняли. … тех, кто выдержал пытки и избиения, не предав веру, отправили на суд «тройки». Матушке Евфросинии /в схиме – Нила/ дали сначала семь лет. Когда один из членов судилища потребовал, чтобы матушка сняла крест, а она отказалась, ей добавили срок до двадцати лет». (Схимонахиня Нила /23/, Жизнеописание, с.13).

«Во время гонения на христиан с монашек снимали кресты, а они говорили: «Ты с меня никогда не снимешь крест!» - и сами в это время при гонителях осеняли себя крестным знамением, говоря:«Вот он крест – на мне, попробуй-ка, сними его с меня!». (Книга: Схиархимандрит Христофор /20/, с. 102).

«У батюшки /схиархимандрита Исаии/, это многие признавали, было ярко выраженное понимание пути спасения. Еще рассказывали из его рассуждений: «Мы, похоже, последнее поколение, которое живет при свободе на Земле. Скоро наступит критическая точка. Приход антихриста – это и есть критическая точка. И все должны точно определиться, - с Господом они или с сатаной. Уже не будет какой-то середины: я, мол, ни за кого, сам по себе. Время выбора заканчивается. Главное, чтобы у нас была молитва, тогда Господь нас обязательно спасет». (Схиархимандрит Исаия (Коровай) /27/, с.305-306).

Блаженная Матронушка: «Придет время, когда перед вами положат крест и хлеб и скажут: выбирайте. Мы выберем крест». – «Матушка, а как же тогда жить будем?» Она: «А мы помолимся, возьмем земельки, скатаем шарики, помолимся Богу, съедим и будем сыты!» (блаженная Матрона» /11/, с. 53).

Хитрость состоит в том, что с каждым таким документом (ваучер, паспорт, и т.д.) нам предлагается крест или хлеб, Христос и мир, распятие или отречение. Батюшка Христофор строго говорил: выбирайте: или хлеб, или крест. Возьмете крест, спасетесь, пойдете в жизнь вечную; если испугаетесь, что погибните без хлеба, тогда возьмете хлеб, не спасетесь. Господь не оставит своих избранных чад. На смерть, так на смерть, на страдания, так на страдания, только ничего не брать сатанинского, а Господь не оставит. (/12/ «Соль Земли» (Фильм 2), Схиархим. Христофор, 2:20, 2:24).

«Тот, кто не пойдет это /ваучер, страховые полисы, номера, новые паспорта/ получать и скажет: «Пусть распнут меня, но за Бога», тому при жизни венцы будут давать, но они будут невидимые. Но кто удостоится их, почувствует душой. Господь нас оберегает и посылает их (венцы) тем, кто твёрдо будет стоять в вере. Тогда будет два пути: крест или хлеб. Выберем крест – спасёмся, выберем хлеб – погибнем. Но своих Господь не оставит» (Книга: Схиархимандрит Христофор /20/, с. 332).

Положат перед вами крест и хлеб, что возьмете? Берите крест, а не хлеб. (/12/ «Соль Земли» (Фильм 1), протоиерей Николай Рагозин, 1:11).

Батюшка Гурий говорил духовной дочери: Вся жизнь у тебя и у других сестер во Христе будет: крест или хлеб. Есть две очереди: одна видимая, вторая невидимая. Если человек стоит в первой, то покупает (приобретает) паспорт, полис и т.д., все движется в этой видимой очереди, поднимает глаза, а продавец-то кто – антихрист, вот и пришел к антихристу. А если во второй очереди движешься: одного не взял, второго, третьего, поднимаешь глаза, а продавец-то кто – Сам Господь Иисус Христос. Ты стой все время во второй очереди. (/12/ «Соль Земли» (Фильм 5), Игумен Гурий, 2:35).

Из беседы с отцом В. в декабре 2012 года /36/:

- Что будет с этими детьми (которых родители запишут в Реестр), они тоже станут бесноватыми?

- Бесноватыми, да, и болящими.

- А что же делать тем роженицам, которые будут рожать? Что, им надо как-то на дому, прятаться или как вообще (им быть) в этой ситуации?

- Ну, как-то будут, православные все же поймут много и будут уже решать, может, на дому будут рожать, может, врача будут своего иметь, чтобы именно рожать без кода. Это будут решать православные.

- Получается, они будут без документов жить?

- Без документов.

- Но это уже получается то, что говорила матушка Матронушка и другие старцы: крест или хлеб?

- Да.

- Это уже пошло на Украине - отделение зерен от плевел, да? Каждый должен сделать выбор: с Христом или же…

- Ну, так, ну так… с бесом.

- И по каждому пройдется этот выбор?

- Да.

- Одна женщина, которая была у иеро-схимонаха Амфилохия в Белой Церкви… Вы слышали о нем?

- Я был у него два раза.

- На стояние возле Верховной Рады против ИНН - это он благословил, слава Богу. И он говорил знакомой нашей, что придет время, когда люди сами будут себя записывать или в овечки Христовы, или в козлища антихристовы.

- Да, да.

- Это время и есть уже, пришло для Украины по этому закону - кто как к нему отнесется?

- Да, да, да.

- Человек, не принявший печати антихриста в виде «уникального номера записи в Реестре», выпадет из социума, из всех возможностей?

- Он только с Богом будет.

- И правильно мы понимаем, что этот номер - это будет уже тот самый номер, который будет наноситься на руку и на чело?

- Да, да. В этих цифрах - там будут участвовать три шестерки, в этих же цифрах, хоть двенадцать цифр или пятнадцать.

- Батюшка, может, Вы еще скажете два слова?

- Надо надеяться на Господа, не унывать, надо просить Матерь Божию, Она умолит Своего Сына, и Господь может еще продлить. И кто будет стоять, кто будет также пользоваться своими мыслями, своими делами, а все равно много народа спасется. (газета «МИР», 2013, №1, с.8-9) /36/.

 

Дата добавления: 2015-07-11; просмотров: 61 | Нарушение авторских прав

Читайте в этой же книге: АНТИХРИСТ | Пища антихриста | Антихрист на троне | Кто доживет до антихриста | Голосование, перепись | Года правления антихриста | Лжечудеса антихриста | Пророки Илия и Енох | Конец антихриста | ПЕЧАТЬ АНТИХРИСТА |mybiblioteka.su - 2015-2018 год. (0.016 сек.)

mybiblioteka.su


 
 
Пример видео 3
Пример видео 2
Пример видео 6
Пример видео 1
Пример видео 5
Пример видео 4
Как нас найти

Администрация муниципального образования «Городское поселение – г.Осташков»

Адрес: 172735 Тверская обл., г.Осташков, пер.Советский, д.З
+7 (48235) 56-817
Электронная почта: admin@adm-ostashkov.ru
Закрыть
Сообщение об ошибке
Отправьте нам сообщение. Мы исправим ошибку в кратчайшие сроки.
Расположение ошибки: .

Текст ошибки:
Комментарий или отзыв о сайте:
Отправить captcha
Введите код: *