Warning: Use of undefined constant REQUEST_URI - assumed 'REQUEST_URI' (this will throw an Error in a future version of PHP) in /var/www/www-root/data/www/adm-ostashkov.ru/index.php on line 11

Warning: Use of undefined constant REQUEST_URI - assumed 'REQUEST_URI' (this will throw an Error in a future version of PHP) in /var/www/www-root/data/www/adm-ostashkov.ru/index.php on line 11

Warning: Use of undefined constant REQUEST_URI - assumed 'REQUEST_URI' (this will throw an Error in a future version of PHP) in /var/www/www-root/data/www/adm-ostashkov.ru/index.php on line 11

Warning: Use of undefined constant REQUEST_URI - assumed 'REQUEST_URI' (this will throw an Error in a future version of PHP) in /var/www/www-root/data/www/adm-ostashkov.ru/index.php on line 11

Warning: file_get_contents(/var/www/www-root/data/www/yandex_adm-ostashkov.ru1.txt): failed to open stream: No such file or directory in /var/www/www-root/data/www/adm-ostashkov.ru/index.php on line 21

Warning: file_get_contents(/var/www/www-root/data/www/yandex_adm-ostashkov.ru2.txt): failed to open stream: No such file or directory in /var/www/www-root/data/www/adm-ostashkov.ru/index.php on line 22

Warning: file_get_contents(/var/www/www-root/data/www/yandex_adm-ostashkov.ru3.txt): failed to open stream: No such file or directory in /var/www/www-root/data/www/adm-ostashkov.ru/index.php on line 23

Warning: file_get_contents(/var/www/www-root/data/www/yandex_adm-ostashkov.ru4.txt): failed to open stream: No such file or directory in /var/www/www-root/data/www/adm-ostashkov.ru/index.php on line 24

Notice: Undefined variable: adsense7 in /var/www/www-root/data/www/adm-ostashkov.ru/index.php on line 35
Краткое содержание черный хлеб мигулай ильбек.

Краткое содержание черный хлеб мигулай ильбек


Ильбек, Мигулай. Черный хлеб

— Ты чего, Тухтар, стоишь тут один-одинешенек? Мы

думали, ты уже давно ушел...

Ба, да это Селиме и ее подружка Елисса!

— Он же победитель, теперь в нашу сторону небось и не

глянет, — подколола парня Елисса. — Не так ли, Тухтар?

— Пожалуй, так... А что, уж победителю нельзя не­

множко и поломаться? — Тухтар принял шутку девушки

и улыбнулся.

Все трое не спеша зашагали зеленым лугом. В воздухе

стоял аромат разнотравья и цветов; над головами порха­

ли разноцветные бабочки.

Елисса на ходу стала собирать букет. Селиме тоже по­

следовала ее примеру.

— Тухтар, а ты почему не рвешь цветы? — опять с

подвохом спросила Елисса.

— Цветы? — удивился Тухтар. — Я их и без того устал

уже собирать...

— А нам все-таки не сплел ни одного венка, — под­

держала подругу Селиме.

— Венка? Да он и плести-то их не умеет! — хихикнула

Елисса.

— Это я-то не умею? — вскинулся Тухтар и тут же

наклонился, сорвал несколько цветков. Стебли их были

настолько нежны и хрупки, что подламывались без уси­

лий.

— Твоими руками не цветы срывать, а деревья кру­

шить, — опять хмыкнула Елисса.

Признаться, Тухтар до сих пор не обращал особого

внимания на цветы — ходил по ним, топтал их. И хотя

почти все дни ему доводилось бывать в полях и лугах,

названий цветков он почти не знал ни одного.

Так, на ходу болтая и срывая цветы, Тухтар и девуш­

ки дошли до края луга.

Народ с долины Керегась разошелся. Уже не трепещет

больше на ветру белый флаг: какой-нибудь шустрый ма­

лый влез по шесту вверх и снял его оттуда. Закончил свое

хлопотное дело и Михаля Чумельке. Правда, то тут, то

там на лужайках все еще сидят человек по пять-шесть —

это угощаются друзья и родственники. Кое-где уже затя­

нули и песню.

— Тухтар, — вдруг обратилась к парню Селиме, — а

ты нам и не рассказал, как сумел прийти первым?

— А чего рассказывать-то? Я ведь не сам бежал, ло­

шадь...

— Скажешь тоже! Лошадь и у дяди Нямася бежала,

6. Черный хлеб.

81

elbib.nbchr.ru

Ильбек, Мигулай. Черный хлеб

— От встречи с близкими людьми это.

— Не только, Тухтар, не только...

— Да ты присядь, дядя Бикмурза, присядь. И я тебе

расскажу все по порядку.

И парень рассказал, как всей деревней поставили дом

Бикмурзе. Люди везли и несли кто что мог: кто деньги,

кто зерно, кто хоть кашу, и то нес сюда же. Без понукания,

без просьб — сами. На другой день, как увезли Бикмурзу,

собралась, почитай, половина деревни — будто все плот­

ники, а иной сроду и топора-то в руках не держал. И не

прошло и месяца — срубили сруб, поставили на мох,

одновременно крыли крышу и внутри доделывали.

— Только не говори, что сработали плохо: Савандей

следил, чтоб каждое бревно легло как надо, — Тухтар

упомянул самого знатного плотника Утламыша.

— Какое там говорить, какое говорить... — Бикмурза

опять смахнул набежавшие слезы. — Да я по фоб жизни

вам благодарен за такое дело. Дай вам бог всем добра да

здоровья.

— А пока тебя не было, тетя Эрнеслу девчат на улах

пустила.

—Да ради бога, пусть их сидят-веселятся...

Рекруты, оставшиеся в доме, молча слушали разговор

Тухтара с Бикмурзой. А вскоре подошли и Элендей с Име­

том, с трехведерной бочкой пива в руках. Поприветство­

вали счастливого хозяина.

— Неужто вы такого ристанта, как я, угощать при­

шли? — подтрунил над собой Бикмурза и тут же сконфу­

зился: — Нам бы вас надо угощать-то...

—Успеется. Когда на загривке сало появится!

— Да мы все ристанты, как ты, — рассмеялся Имет. —

Дай-ка нам ковш, сестра, да побольше.

— Ковша-то у нас нет... — Эрнеслу помотала головой. —

Вот чашку чайную возьмите, небось не выльется.

— Не дадим вылиться!

И хозяйка, вручив Имету белоснежную чашку, ушла

к печке.

— Как печь, славно ли тянет, сестрица? — весело по­

интересовался Элендей делом своих рук.

— Еще бы: коль ты сложил, какой ей быть? Не успе­

ешь разжечь — она уж и нагрелась.

— Так и должно быть! Это моя шестнадцатая печка!

— Молодец, научился...

Имет наполнил чашку пивом и, поздравив хозяина,

выпил первым сам, потом поднес Бикмурзе. Пенистое

473

elbib.nbchr.ru

Ильбек, Мигулай. Черный хлеб

— Брат, — участливо говорил Элендей, — хочу тебе

помочь в этот тяжелый для тебя час. Лошадь одна пропа­

ла, хлеб сгорел — не сумели спасти, как ни старались. Ни

зернышка. Но ты не бойся, я тебе помогу. Только не ходи

на поклон к Кандюку, слышь? Никому не кланяйся!

— Спасибо, брат, спасибо, родной...

— Не пристало нам с протянутой рукой ходить, слышь?

Не было за нами славы попрошаек и теперь не будет. Хлеба

дам тебе мешка три. Корова у тебя яловая, продай ее...

Давай-ка руки вымоем.

— Спасибо, брат, спасибо... — односложно повторял

Шерккей.

Когда они пришли в дом Элендея, Тимрук уже успел

накосить для лошади зеленой сочной травы. Несихва до­

ила Шерккееву корову. Элендей зачерпнул из колодца

ведро воды, скинул рубаху и, шумно отфыркиваясь, при­

нялся умываться, потом не спеша растерся полотенцем.

Его загорелая спина бронзой отливала на солнце, Шерк­

кей тоже сунулся было к ведру, но Элендей остановил

его:

— Погоди, брат, дай я тебе волосы на голове под­

правлю. Хамбик! — крикнул он, посмотрев в сторону

окна. — Принеси-ка мне ножницы да полотенце! А то на

тебя страх глядеть — ходишь, будто баран недострижен-

ный!

— Делай как знаешь, брат, как знаешь...

Хамбик вынесла из дома большие ножницы для

стрижки овец и подала отцу. Элендей усадил Шерккея

на чурбан, на котором колол дрова, и принялся состри­

гать обгоревшие волосы. Несихва поторопила их — пора

выгонять стадо, да и картошка уже сварилась.

— Ну, ладно, как получилось, так и получилось, я

ведь не цирюльник. Может, и бороду состричь? А чего ее

носить-то, эту кудельку? Глядишь, помолодеешь...

— Люди поди смеяться станут? — застеснялся Шерк­

кей.

— А что тебе люди, пусть их говорят. Ты внимания не

обращай. И эту ведьму Шербиге близко к себе не подпус­

кай.

— Ох, не напоминай-ка про нее, брат, не напоми­

най... И на кой ляд она мне сдалась?

Из-под навеса вышел, взмыкивая, пестрый теленок.

Ткнувшись мордой в корыто с водой, что стояло возле

колодца, неторопливо напился и вдруг, вздыбив хвост,

принялся бегать по двору.

260

elbib.nbchr.ru

Ильбек, Мигулай. Черный хлеб

кей напряженно молчал в ожидании, что скажут хозяева,

вылупив глаза и наморщив лоб. Обычно словообильная,

Алиме будто набрала в рот воды. И Кандюк продолжил

сам: — Вот, думаю, не поговорить ли тебе самому со

своей дочерью, сват? А? — голос, и без того тихий, про­

звучал совсем неслышно. — Ты ведь ей отец, вот и по­

проси ее, чтоб не упрямилась. Чего уж теперь противить­

ся? Калым уплачен... Напомни ей об этом.

— Я чегой-то не пойму, про что, про что ты гово­

ришь, сват? — Шерккей продолжал стоять у двери, пере­

минаясь с ноги на ногу и хлопая воспаленными веками.

— Противится, говорю, сноха-то, сына близко не под­

пускает, искусала всего... Разве ж можно так с челове­

ком?

— Э-э...

— Нямась нынче в Буинск уехал, так ведь стыд на

люди показаться — весь в синяках, исцарапанный...

—Э-э...

— А как же! Неужто можно с нами так поступать?

— Эдак, значит, эдак... — Шерккей весь растерялся. —

Ладно, ладно, поговорю с ней, уломать попробую. А я

ведь думал, живут себе, живут...

— Живут — как кошка с собакой... Кемельби, ступай

пригласи сноху сюда, отец, мол, пришел, авось хоть на

отца поглядеть не откажется?

Кемельби вышла из избы.

— Так уж оно, — не утерпела вставить словцо Али­

ме, — я ведь и сама замуж-то так выходила, только чтоб

противиться — упаси боже! Сама к тому ж была из бога­

тых и то не смела...

— Да чего о тебе говорить-то! — махнул рукой Кан­

дюк. — Тебе уж тогда за двадцать шесть перевалило, тебя

бы черт рогатый украл — ты и ему была бы рада!

Вернулась Кемельби.

— Говорит, ежели сам царь позовет, и то она не

пойдет.

— Ты бы сказала, отец, мол, твой пришел...

— Я сказала, а она все одно твердит — не пойду. А

отец, коль пришел, пусть сам, говорит, ко мне зайдет.

— Вот иди да поговори с ней!

— Тогда проводите меня к ней, поговорю я. Отца она

раньше слушалась и сейчас, гляди, одумается, — засуе­

тился Шерккей. — Послушная была дочка, никогда не

ослушивалась родительского слова...

Своим умом он в самом деле рассчитывал уговорить

12. Черный хлеб.

177

elbib.nbchr.ru

Ильбек, Мигулай. Черный хлеб

Селиме перемешались веселье и грусть. — А ты чего так

испугался? Нет-нет, ты даже и не думай об этом! Да я,

чем этому разведенцу в глаза заглядывать, лучше... Если

они богатые, то я из-за этого не собираюсь стать посме­

шищем деревни. Дядя Элендей предупредил отца: если,

говорит, это случится, ни тебе, ни Нямасю не жить на

этом свете. А уж дядя свое слово всегда сдержит. После

этого отец вроде притих... А ты, выходит, ничегошеньки

и не знаешь?

— Постой, Селиме, а дядя Элендей, наверно, ни с

того ни с сего не стал бы говорить отцу такие слова,

выходит, он что-то знает? — Тухтар задумался, намор­

щил лоб.

— Ну я не знаю, что знает дядя Элендей, а вот отец

недавно у Кандюков в гостях был, может, тогда чего-

нибудь и сболтнул. Выпивший человек что угодно может

наговорить, только разве эти слова можно принимать всерь­

ез? Вот и ты ни о чем не думай, ладно, Тухтар? Не мо­

рочь понапрасну голову, поверь мне.

— Селиме, милая! Кому же мне и верить, если не

тебе? Вот ты сейчас пришла — и меня словно живой

водой опрыснула, душу оживила...

Девушка осматривала убранство домика, поворачивая

голову по сторонам. Кивнув на длинную лавку в перед­

нем углу, сказала:

— А я бы на нее кошму застелила, у нас есть новая,

мама нарочно для меня сваляла, длинная такая, можно

вдвое сложить. На окна бы повесила вышитые полотенца.

Ты их еще не видел, я сама вышивала, кисти у них до

самого пола спускаются. Я люблю длинные полотенца. У

меня их пять штук...

—А здесь же окон-то всего два, Селиме...

— Вот и хорошо, не надо будет их часто стирать, по­

весил новые — опять белым-бело. Я очень люблю белое,

Тухтар, все-все чтоб было белое и чистое: белая печка,

белые окна, и постель пусть будет белая... Знаешь, как

будет красиво? А вместо старой кровати неплохо бы и

новую сделать. Будь я тут, я бы за неделю сделала из это­

го маленького домика настоящую горницу.

— Все у нас с тобой будет, Селиме, все будет, —

смущенно сказал Тухтар; он до сих пор и не задумывался

над убранством своего жилища — гости к нему не захо­

дили, знакомые бывали редко, да и то все мужчины. —

Да ты садись, Селиме, что ты на ногах стоишь?

И девушка спохватилась: они тут заболтались, а суп,

9'

131

elbib.nbchr.ru

Ильбек, Мигулай. Черный хлеб

XVII. В ТОСКЛИВОМ ДОМЕ

После того, как его прогнал Шерккей, Тухтар три дня

не выходил из своей лачуги. Руки не поднимались для

какой-либо работы. Он день и ночь думал о Селиме, со­

крушался об их несчастной доле. Чем, ну чем он мог так

прогневить дядю Шерккея? Ведь прежде он всегда отно­

сился к нему хорошо... Почему он обозвал его такими

обидными словами?..

Коротким оказалось их счастье с Селиме, как осен­

ний редкий луч: сверкнул, согрел души и погас под тя­

жестью черных туч... Но разве Тухтар виноват в том, что

любит Селиме? И стоит ли сейчас упрекать его тем, что

в детстве он был подпаском? С другой стороны, разве

пастух — не человек? Или у него нет сердца, над ним

можно насмехаться?..

Но больше всего у Тухтара болит сердце о Селиме. Отец

сейчас ее, наверно, бранит с утра до вечера, рта не дает

открыть, и о нем, о Тухтаре, небось не оставил не ска­

занным ни одного плохого слова... Нет, конечно, он боль­

ше не зайдет к ним в дом без приглашения. После такого

забудешь, как дверь открывается...

В отчаяньи Тухтар взял в руки гусли, к которым толь­

ко вчера приладил последнюю струну. Но мелодия полу­

чилась такая заунывная, что казалось, гусли не звенят, а

стонут, разрывая на куски изболевшуюся душу. Да и не

время сейчас сидеть да играть на гуслях — услышат люди,

бог знает, что скажут...

Тухтар отложил гусли, задумался.

И тут к нему пришел Элендей. Тухтар сдерживался изо

всех сил, чтобы не выказать своего горя. Кому оно, кро­

ме него, нужно: твое горе незнакомо другому — ведь как

бы ни полыхало у тебя внутри, дыму все равно не видно.

И Тухтар даже решил приободриться перед Элендеем. Но

тот видел его насквозь.

— Не унывай, парень!

—А я и не унываю... —Тухтар тяжко вздохнул.

— Я к тебе с добрыми вестями. Не переживай и не

убивайся, говорил я с ней с глазу на глаз. Умрет за тебя...

Ну, ты это и без меня хорошо знаешь... Ах, молодость,

молодость!..

Слово за слово — полилась беседа. В голове одна за

другой кружат разные мысли... Надо, пока стоят сухие дни,

два-три воза сушняка заготовить. У Элендея лошадь сей­

час свободная, вот и займись делом... Скоро и картошку

9. Черный хлеб.

129

elbib.nbchr.ru

Ильбек, Мигулай. Черный хлеб

тюшка-огонь, Шерккей сильней тебя, не обожжешь ты

его, не обожжешь!..» Он дико вскрикнул и яростно сжал

уголь в правой ладони, раскрошил его в мелкую пыль и

с размаху хватил оземь, инстинктивно сунув обожжен­

ную руку в землю.

Рябина, что росла в огороде и которую когда-то за­

крывал сгоревший дом, стояла теперь как нагая, вся на

виду. Сиротливо торчала среди пепелища печь — единствен­

ное, что осталось от дома. Крупные багровые гроздья ря­

бины блестели в свете огня красной кровью. Под рябиной

стояла стайка ребятишек, наблюдавших за пожаром. А чего

бы и глядеть-то: сгорел и сгорел дом, что тут такого ин­

тересного, чтоб глядеть?.. Шерккею бы сейчас остаться од­

ному да утолить как-то свое горе, отвлечься от тягостных

дум каким-нибудь делом иль занятием. Он обернулся в сто­

рону, где совсем недавно были навес, сарай, конюшни...

Нет ничего, все сгорело!.. Догадался ли кто-нибудь вы­

гнать со двора лошадь, корову, овец?.. И тут он увидел на

пепелище чью-то фигуру. Наивный, неужто он чем-то по­

может Шерккею? Нет, из золы муки не сделаешь... По­

стой, кто же это там? Никак баба?.. То появится, то вновь

исчезнет... Может, это ангел, оставшийся, как и Шерк­

кей, без крова? Вот он наклоняется — видать, молится...

«Пюлех! Великий пюлех!..» Шерккей резко поднялся с

бревна и пристально вгляделся: да нет, никакой это не

ангел, а самая что ни на есть живая баба в длинном тем­

ном платье, в подоткнутом за пояс фартуке. Баба и есть!

Женщина старательно расшвыривала ногами пепел,

наклонялась, поднимала что-то черное, отряхивала и кла­

ла в узелок. Потом снова принималась швыряться, ис­

кать... И тут Шерккей догадался, что ищет на пепелище

эта бедолага, и расхохотался нарочито громко, чтобы ус­

лышали все, кто был поблизости:

—А-ха-ха-ха!.. Ах-ха-ха-ха!..

И почувствовал, что ком в горле, который он никак

не мог проглотить в течение всего пожара, куда-то исчез.

Дышать стало легко, свободно.

Люди настороженно смотрели на него — никак рех­

нулся, бедняжка! — и в испуге, подталкивая друг друга,

отходили от Шерккея подальше. Один Элендей подошел

вплотную к брату, зло спросил:

— Ты чему радуешься?

— А-ха-ха-ха!.. Ты только посмотри, посмотри туда, —

указал в сторону женщины.

— Кто там?

17. Черный хлеб.

257

elbib.nbchr.ru


 
 
Пример видео 3
Пример видео 2
Пример видео 6
Пример видео 1
Пример видео 5
Пример видео 4
Как нас найти

Администрация муниципального образования «Городское поселение – г.Осташков»

Адрес: 172735 Тверская обл., г.Осташков, пер.Советский, д.З
+7 (48235) 56-817
Электронная почта: admin@adm-ostashkov.ru
Закрыть
Сообщение об ошибке
Отправьте нам сообщение. Мы исправим ошибку в кратчайшие сроки.
Расположение ошибки: .

Текст ошибки:
Комментарий или отзыв о сайте:
Отправить captcha
Введите код: *